Отлученный от съемок в «Two and a Half Men» и подвергнутый остракизму со стороны американского общества Чарли Шин решил построить новую карьеру на руинах своей старой и, в продолжение своих чудачеств, отправился в турне по штатам.

Первыми пошлые монологи оскандалившегося актера, чей мозг перегрелся сильнее реакторов Фукусимы, надлежало освистать жителям Детроита. Следующим городом, где попросили вернуть отданные за биполярный перфоманс Чарли деньги, стал Чикаго. И вот, в прошлую пятницу шоу, озаглавленное «Моя убийственная торпеда правды/Поражение не вариант», добралось наконец до нью-йоркского Radio City Music Hall.

В лобби концертного зала предусмотрительно, памятуя опыт предыдущих выступлений, выставили знак, обещавший удалять из зала зрителей, позволяющих себе выкрики с места во время представления, что лишь подогревало собравшихся. Мюзик-холл был заполнен преимущественно белым мужичьём и их спутницами. Все развлекали себя алкоголем, а когда замечали предупреждающий знак, то показывали на него пальцем, смеялись, фотографировались на его фоне лишь с одной целью — затем дружно его проигнорировать. В конце концов, они пришли не на благотворительный концерт Спивакова, а на родившиеся под коксом чемпионские bi-winning импровизации самого Чарли Шина.

В половине девятого вечера неизвестный модератор представил Чарли, сперва спросив «Кто хочет услышать правду?», отпустив вдогонку сомнительную шутку: «Если кто-то поблизости будет себя плохо вести, врежьте ему — в особенности, если это ваш супруг». Затем заполненный почти до отказа зал встал, чтобы поприветствовать Чарли, на кепке и на футболке которого красовался логотип Yankees. Далее Чарли и модератор, расположившись в креслах подле уставленного бутылками с ярко-розовой жидкостью и пепельницей столика, инсценировали «интервью».

Чарли и таинственный модератор (второй день шоу в Radio City Music Hall)

Модератор начал с того, что спросил как Чарли чувствует себя в Нью-Йорке. «Мне здесь охуенно», — не полез за словом в карман желающий угодить локалсам Чарли. «И, сюрприз, я остановился не в ебанной Плазе». Народ предсказуемо пробило на хохот, но долго водить собравшихся за нос ему не удалось — пришедшие раскусили замыслы Чарли быстрее, чем Денис Ричардс. Всего несколько минут спустя, после того, как Шин затянул одну из множества набивших оскомину историй об гостиничной жизни, прозвучал первый неодобрительный вопль.

В течение следующего часа Шину пришлось бороться со всё больше нарастающим количеством недовольных замечаний из зала. Первые 40 минут ему еще удавалось сдерживать роптание, скармливая публике байки из своего богатого арсенала — от подробностей случившегося в Плазе флипаута («Даже не трахался с ней») до истории его с Кейджем ареста за пронос наркоты на борт самолета. Но в оставшуюся двадцатиминутку напустивший на себя маску ленивой вальяжности Шин окончательно утратил контроль над толпой, тщетно пытаясь выехать на «броских» фразах, срок годности которых истек еще пару месяцев назад, когда их печатали передовицы таблоидов и выносили в хедлайны рейтинговых шоу для домохозяек. Народ, поначалу расположенный к Чарли и ожидавший от него подготовленного шоу, пришел в негодование, поняв, что ему пытаются всунуть сырой набор историй о временах, когда Чарли, например, пялил беременную шлюху из Хуареса.

Чарли идет в народ (второй день шоу в Radio City Music Hall)

Шину, казалось, действительно было не о чем говорить, кроме своей актерской карьеры, на которой он собственноручно поставил крест. В момент, когда уже под занавес шоу он заговорил про «Два с половиной человека», зрители утратили последнюю надежду отсатисфачиться за потраченные деньги — именно на этой сюжетной арке Чарли предстояло сфейлиться больше всего. Шин известил, что он не уходил из шоу и не нарушал контракт — CBS просто уволили его. На вопрос модератора, стоит ли его ждать в следующем сезоне, Шин ответил утвердительно, добавив, что хочет вернуться на съемочную площадку сериала, за съемки в каждом эпизоде которого он рубил 2 миллиона и который он назвал «величайшим ситкомом за всю историю». Это хвастливое заявление собрало наибольшее количество неодобрительных выкриков за весь вечер и окончательно настроило против него весь зал.

После окончания длившегося ровно час спонтанного лайва Чарли скопившиеся в фойе мюзик-холла люди обменивались разочарованными комментариями. Многие из них подозревали, что шоу будет спонтанным, но даже представить себе не могли, что свежих лулзов и с коробок не наберется. Истории Чарли никого не впечатлили, а его шоу недоставало сценария и целостности. Попади он сам на собственное выступление, он стал бы первым, кто устроил обструкцию главному действующему лицу.

Что движет публикой, стремящейся воочию засвидетельствовать сценическое фиаско персонажа, прославившегося успешным попиранием моральных норм американского общества, непонятно. Наспех слепленная шоу-программа лишь признак того, что Чарли счел, что людям будет достаточно самого факта его присутствия, а ему хватит ума избежать банальностей в экспромтах. Однако, оказавшись в роли того, кто сам задает рамки, Чарли потерпел неудачу, а привлеченная его визитом быковатая публика не примянула воспользоваться приемами самого Чарли, чтобы похоронить его новое начинание и, кто знает, возможно, организовала для самой себя лучшее предапокалиптическое развлечение.

Так держать, Чарли! Желаем тебе не изменять обетам боддхисатвы!

— I was bangin' 7-gram rocks